Мадикен (madiken_old) wrote in alexandria_four,
Мадикен
madiken_old
alexandria_four

Categories:

Эпизод 11. Жюстин, София, гностицизм

I have had many such glimpses of Justine at different times, and

Читаем до звездочек, потом перевод, а потом Египет, Птолемеи, Цезарь, гностики и Ницше... Как это меня угораздило во все это ввязаться?





У меня много таких проблесков в памяти о Жюстин разного времени, (или это зарницы памяти...) конечно, я мельком видел ее и узнавал задолго до встречи. Наш город не допускает анонимности тех, чей доход превышает пару сотен фунтов в год. Я видел ее одиноко сидящую на берегу, читающую газету, грызущую яблоко, или в вестибюле отеля Сесиль, между пыльных пальм, одетую в оболочку из серебряных капель, она держит великолепные меха за спиной, как крестьянин держал бы свое поношенное пальто - крючок ее изящного указательного пальца продет сквозь этикетку. Нессим остановился в дверях бальной залы, которая наполнена светом и музыкой. Под пальмами, в глубине алькова пара старичков играют в шахматы. Жюстин остановилась и наблюдает за ними. Она ничего не смыслит в игре, но аура тишины и сосредоточенности, до краев заполнившая альков, загипнотизировала ее. Она долго-долго стоит здесь, между безмолвием игроков и миром звуков, как бы погрузившись в неопределенность. Наконец Нессим мягко подходит и берет ее за руку повыше локтя, и они стоят так вместе: она наблюдает за игроками, он наблюдает за ней. Потом она вздыхает и неохотно, поминутно оглядываясь, тихо идет в сверкающий мир.
Потом при других, менее заслуживающих доверие, обстоятельствах: как трогательна, как эластично-женственна могла быть эта самая мужественная и изощренная из женщин. Она не могла не напоминать мне целый поток ужасающих богинь, которые оставляли за собой аммиачный запах инцестуозной любви, как облако испаряющийся над подсознанием Александрии. Гигантские кошки-людоеды, подобные Arsinoe, были ее кровными родственниками. (состояли с ней в родстве) Но за действиями Жюстин стояло что-то еще, рожденное поздней трагичной философией, в которой мораль должна быть противовесом лживой (мошеннической) индивидуальности. Она была жертвой поистине героических сомнений. Я до сих пор вижу прямую связь между картинкой с Жюстин, склоненной над грязной раковиной с эмбрионом и бедной Софией Валентина, которая умерла за любовь, сколь совершенную, столь полную самообмана.



Отель Сесиль - мир роскоши и модерна. Я поищу его фото времен Даррелла

Он существует до сих пор. Отель Сесиль

Александрия. Тот самый отель "Сесиль"

Александрия. Тот самый отель "Сесиль"
© stagir, Фотобиблиотека “Вокруг света”


Арсиноя - прекрасная младшая сестра Клеопатры, ее родная кровь, и ее безусловный и самый страшный враг. Прекрасная Арсиноя была противницей владычества Рима и несколько раз бежала из плена, чтобы возглавить египетское войско в борьбе против Цезаря. Цезарь не посмел казнить ее, а сослал в храм Артемиды в Эфесе. Она умерла на ступенях храма от руки наемного убийцы, подосланного Клеопатрой и Марком Антонием. Могилу Арсинои нашли в 1994 году в Ефесе, ученые доказали, что останки именно младшей сестры Клеопатры и даже хотели восстановить ее внешность по черепу. Но череп дочери Птолемея бесследно исчез.

может быть, эту Арсиною имел в виду Даррелл
Не нашла я причем тут кошки-людоеды, но по характеру сестра Клеопатры была ничуть не мягче самой Клеопатры


Д.Бриджман.

А "бедная София Валентина"... Тут книжки не хватит, чтобы объяснить всю полноту последних слов Даррелла. Одним упоминанием имени этой недачной создательницы мира он пытается донести образ своей возлюбленной.

Не Жюстин плачет над неудавшимся ребенком - эмбрионом в раковине. Это плач Софии Валентины над неудавшимся миром.

Это гностицизм. Валентин (создатель гностического учения валентинианство до 135 г. в Александрии, до 160 — в Риме, умирает на Кипре). Гносис Валентина известен более других систем, так как о нем сохранилось больше свидетельств. Против валентинианства собственно направлял свое сочинение «Против ересей» («Adversus haereses») св. Ириней Лионский. Именно по валентинианству составлено обыкновенное «ходячее» представление о гносисе. Так вот Валентин пишет о Софии, которая по ошибке создала мир, не использовав своего мужского "аспекта" (эоны света покинули мир) и София родила ужасного Ялтабаофа, который уже создал наш реальный страшный, по мнению гностиков, мир. И София плачет над своей ошибкой. Частица Плеромы (полноты бытия), ошибочно переданная Ялтабаофу, пленена в нашем мире. Чтобы ее высвободить, София сама воплощается в реальный мир и в нем забывает себя. Но она может рождаться в гностиках, которые, обладая истинным знанием, освобождают частицу Плеромы из пленения материального мира. София забыла о любви, ей овладела "жгучая страсть", которая и погубила ее, и она погризилась в пустоту и забвение.
"…Истинно-Сущее и Первоединое, как вечно страждущее и исполненное противоречий, нуждается вместе с тем для своего постоянного освобождения в восторженных видениях, в радостной иллюзии…" (Это Ницше)

И опять в этом эпизоде намек на Шопенгауэровский "Мир как воля и представление". Музыка - это воля. И Жюстин, отвлекшись от мира музыки и звуков, как бы ушла из мира воли в мир представлений, образов.
Может быть, Даррелл сравнивает здесь Шопенгауэра и Ницше, "Мир как воля и представление" и Ницшевское "Рождение трагедии из духа музыки": "Чем является музыка в зеркале образности и понятий?" Она является как воля в шопенгауэровском смысле слова, т.е. как противоположность эстетическому, чисто созерцательному, безвольному настроению".

Надо еще разбираться и разбираться в этом во всем :)

Тем временем Нессим уводит Жюстин из мира безвольного созерцания в мир музыки и воли, и она уходит "нехотя", "оглядываясь", "вздыхая".

О Валентине http://mystudies.narod.ru/panarion/v/_valentin.html

А это моя любимая фотография Жюстин, точнее Евы Даррелл.



Tags: гностики, мой перевод
Subscribe

  • Парацельс

    Это продолжение разговора Дарли и Жюстин. Того разговора, где она спрашивала его: "Во что ты веришь? Ты никогда ничего не говоришь. В большинстве…

  • Тридцатое дитя Валентина

    Now even the city had two centres of gravity — the true and magnetic north of its personality: and between them the tem¬perament of its inhabitants…

  • Нессим (продолжение)

    Nessim was at odds with the city, but since his enormous fortune brought him daily into touch with the business men of the place they eased their…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments

  • Парацельс

    Это продолжение разговора Дарли и Жюстин. Того разговора, где она спрашивала его: "Во что ты веришь? Ты никогда ничего не говоришь. В большинстве…

  • Тридцатое дитя Валентина

    Now even the city had two centres of gravity — the true and magnetic north of its personality: and between them the tem¬perament of its inhabitants…

  • Нессим (продолжение)

    Nessim was at odds with the city, but since his enormous fortune brought him daily into touch with the business men of the place they eased their…